Наверное, Таня могла бы узнать, что за сон снится милой собаке… Да нет же. Она пробралась сюда из-за книги… Там внутри, под обложкой, таилось что-то плохое. Только Таня никак не могла приподнять тяжелый картон… Если б страничку, она бы сумела!

Наконец Тане удалось уцепиться за край… Книга вдруг стала огромной, как разложенная двуспальная тахта, а Таня, наоборот, — не больше немецкой куклы с закрывающимися глазами…

Наконец Таня поняла: ей ни за что не поднять эту обложку-тахту. И тогда, чуть не плача от боли, Таня все же подняла ее. И обложка, кажется, даже всхлипнула, словно дверь деревенского погреба.

Сразу книга опять стала маленькой, простой. «Похождения Чичикова, или Мертвыя души». Поэма Н. Гоголя, — было написано на первой странице. А рядом был нарисован Гоголь с очень внимательными бархатными глазами. А под всем этим — вот оно, плохое! — синий, чуть расплывшийся и от этого чуть жирноватый штамп: «Библиотека им. А. С. Пушкина».

И она вспомнила… По правде она этого никогда не видела, но казалось, что вспомнила… Вадим идет по школьному коридору, а Гришка его сзади как схватит:

— Ты! Подонок! Отдай!

— А ты полай!

— Вор!

— Ну правильно. Я вор, и ты вор… Вор у вора дубинку украл.

Эта книга была не Гришкина. Но и не Вадима! Ее украли из библиотеки.

Коля Зайцев

Долго Таня выжидала, пока бабушка уйдет в магазин. Наверное, она могла бы в мыслях наврать бабушке, будто у них, например, кончился стиральный порошок. Но стыдилась этого!

Наконец бабушка, ушла — тихо так, Таня и не заметила. Ушла, будто бы и правда уступила внучкиной просьбе. А на самом деле — заглянула: «Ах, какая умная девочка — сидит за уроками…» Таня услышала ее, лишь когда хлопнула входная дверь.